Photo by Kyle Head on Unsplash

«Вопрос ребром»

Наша иррегулярная рубрика «Мнение» снова в строю.

С простительным опозданием реагирую на эмоциональный всплеск одного широко известного в узких кругах мыслителя.

Даже не столько на него per se, а на ту «атмосферу чудес», которую все увидели после выступления. Бурление идет полным ходом и за неимением достойных объектов приложения лингвистических усилий, надо думать, будет продолжаться и дальше. До полного истощения богатого ненормативной лексикой языка.

Роль оратора очень важна и критически недооценена в русскоязычном пространстве.

Герой нашего времени — человек простой. Книжек он не читает, в общественной жизни участвует в роли статиста. Свое случайно приобретенное мнение он бережет, как зеницу ока (хотя и с завидной регулярностью его меняет), а чужое ненавидит лютой ненавистью (в основном на уровне «острых» комментариев).

Порядок действий: наболело, можно высказаться. Накипело, пора поспорить.

Зачем нам еще пресса или соцсети, как не для испускания в них пара?

Правильно, именно для этого.

Photo by Gwen King on Unsplash

Посему каждый может издать собственный манифест, к чему-то призвать, виртуально покарать своего ближнего, тестовым образом сменить взгляды (или пол, с чем черт не шутит).

Игровая активность хороша там, где есть серьезные игроки. Те, кто подумал, сказал, реакцию на слова зафиксировал и пошел менять реальность. В узком пространстве стремительно латиноамериканизирующегося сектора интернета за словами следует мнительная пустота, а затем другие слова.

И так по кругу. Действий можно дождаться в пьяной драке с ревнивым мужем или подвернувшимися ни к месту соседями. Не более того.

Похищение Европы устроил человек, работа которого последние годы заключается … в эпатаже других людей своим этическим кругозором. Мол, можно и голым на сцену выйти, здесь тоже чувства. Можно на свадьбе лечь в гроб, сакральность момента подождет.

Эпатировать слева уже не получается — там все места заняты на много лет вперед. Остается одно — атаковать картонные «основы бытия» справа.

Поскольку делать это «от себя» получается со скрипом, лучше всего запастись академической патетикой консервативных европейских журналистов 20-летней давности, приправить всё это региональными мыслеформами made by Eurasia, да и рубануть с плеча.

Для комментаторов схожего уровня образования и насмотренности, демарш выглядит достойным поводом его обслужить. Поэтому в ход идут тяжеловесные гранд-дамы пера, социологические копирайтеры и бумеры под недоступным для их понимания флагом «ОК, Бумер».

У них своя точка зрения: вытащить заношенный до дыр кардиган от Института Перспективной Политики да и совершить в нем короткий променад по выцветшим страницам «Huffington Post».

Вроде бы все при деле. Консерваторы охраняют, либералы борются, а караван несет их всех дальше в прошлое.

Photo by Karen Zhao on Unsplash

Говорить о том, что любые манифесты закончились в 1964, максимум 1968 году — бесполезно.

Обсуждать этику любого социального процесса в XXI веке может себе позволить человек, имеющий представление об указанных предметах на уровне фактов, а не изменения сердечного ритма в ту или иную сторону.

Точно также бесцельны попытки как-то рассматривать тексты «манифестов» в отрыве от их внутренней эстетики, т. к. они представляют собой чистой воды политические высказывания.

Содержательно весь этот вагон следовало бы отцепить еще в конце 90-х и отправить на запасной путь, но нет, он и поныне плетется в голове состава, мешая всем остальным разогнаться до синхронного восприятия событий.

Главная проблема современной «новой этики» заключается в правомочности печати манифестов.

Дело не в том, что нам говорят, что чувствовать, а чего не чувствовать. Это происходило с момента рождения массовой культуры.

Проблема в необходимости манифестации чувств.

Нельзя сидеть молча и заниматься делом. Снимать хорошее кино, делать замечательные постановки в театре, писать увлекательные пьесы и любить жизнь такой, какая она есть.

Не-е-ет, нужно собраться с силами и либо подтверждать свою позицию, либо отчаянно ей противостоять. Нейтралитет запрещен. Silence, как говорится, is violence.

Определитесь, мастера культуры, с кем вы?

Да, определимся, но для начала хотелось бы понять мастера-ли и культуры-ли.

Дальше можно и с направлением движения разбираться. Потихоньку. Не спеша. Без резких поворотов на 180 градусов.

«Шагаешь широко — штаны порвешь»

Get the Medium app

A button that says 'Download on the App Store', and if clicked it will lead you to the iOS App store
A button that says 'Get it on, Google Play', and if clicked it will lead you to the Google Play store